ГОЛОВНА Про музей Колекція Виставки МУЗЕЙ TV МУЗЕЙ ДІТЯМ Вiдвiдувачам Новини Видання Нашi проекти Контакти


ПЕТР ЛЕБЕДИНЕЦ Мастер художественных прозрений и откровений / Зоя Чегусова


ПЕТР ЛЕБЕДИНЕЦ

Мастер

художественных

прозрений и откровений

 

Почти столетие тому выдающийся швейцарский художник-авангардист Пауль Клее в своей «Творческой исповеди» («Schopferische Konfession», 1920 г.) отмечал, что «...подлинное искусство не передает только видимое, а делает зримым тайно
постигнутое
...».

Спустя десятилетия талантливый киевский живописец Петр Лебединец – яркий представитель нефигуративного направления в современном искусстве Украины – своими полотнами подтверждает правильность не утратившей своего значения и в начале
ХХI века мысли гениального Клее. Лебединец погружает зрителя в свои художественные прозрения и откровения, мастерски трансформированные в абстрактные ко
мпозиции, открывая своё субъективное видение
Духовного – недостижимого мира, стоящего над Временем и Реальностью.

Его картины  излучают ощущение неистовой, почти космической, но покоренной энергии. Лебединец
пишет пронизанные внутренним горением эмо-ционально-напряженные и чувственно-динамичные полотна сильными и гулкими ударами цвета. Сознательно «принося в жертву» предметную форму, автор устанавливает в плоскостном двухмерном  картинном пространстве безраздельное господство сияющего цвета и мерцающего света, которыми лучатся его жизнерадостные холсты. Широкие мазки, чудесным образом превращающиеся в них в свето-цветовые потоки, не предполагают использования контуров: цветовые плоскости, свободно проникая друг в друга, сообщают его картинам ощущение мощного движения.

Автор рассматривает цвет в качестве основного и единственного элемента живописи: он заменяет ему рисунок, объем, перспективу, светотень, так как цвет для него абсолютно самоценен. Это та категория в картинах Лебединца, которая обретает абсолютное конструктивное и поистине космическое значение.

Как все абстракционисты (или абстрактивисты: абстрактное, абстрактивное искусство от франц. «abstractivisme», от латин. «abstractio» – «отвлечение»), Петр отвергает какой бы то ни было изобразительный сюжет, считая, что искусство должно существовать независимо от визуального мира и сознательно избегает каких-либо ассоциаций с реальностью повседневной жизни.

Пир красок и решительная фактура в отвлеченных крупноформатных диптихах и триптихах Петра, достигающих порою до 10-15 квадратных метров площади, не мешает автору созданию в них парадоксальной целостности композиций и колористической гармонии, что покоряет и поражает зрителя. Ностальгирующий по морю и всегда мечтающий о лете Лебединец (он вырос на Азовском море) часто в свои полотна включает еще в детстве отложившиеся в его подсознании любимые цвета: изумруд морской волны, бирюзу южного неба, синеву летней ночи, которые он растворяет в палитре  знойных оранжевых, жарких пурпурных, раскаленных охристых тонов, работая с ними, как с музыкальными звуками, которые образуют смелые, но благозвучные аккорды пятен и плоскостей.

Виртуозная техника многослойного наложения мазков свидетельствует о большом мастерстве Лебединца в обращении с цветом. Уходя от трехмерного иллюзорного изображения как основы реалистического искусства, он, тем не менее, остается последовательным приверженцем традиционной техники живописи маслом, предполагающей тщательную и совершенную проработку холста.

Основное свое внимание автор сосредотачивает на цветовой и фактурной поверхности полотен. Исполненные выразительной силы произведения Лебединца с ярковыраженной атектоничностью пластичных текучих абстрактных форм, с мягким мерцанием густого красочного слоя, пульсирующего от напряжения, при всей своей монументальности создают ощущение сложной утонченности и изысканности композиций. При этом для Лебединца важны не только соразмерные и сомасштабные соотношения цвета и формы, но также использование цвета как метафоры человеческого мировосприятия, мирочувствования, миро-ощущения.

Так живописные иллюзии и фантазии Лебединца воспринимаются своеобразными «эйдосами», что в переводе с греческого означает «зримый образ некоего состояния духа». Свободная игра его воображения ведет неустанный поиск абстрактных визуальных образов, которые выражают самые разные эмоциональные состояния автора. При этом неизменной остается в этом зрелом рафинированно-интеллигентном и интеллектуальном художнике, больше похожем на мечтательного юношу, его душа – светлая, чистая, чувствительная ко всем проявлениям внешнего мира, что и отражается в работах Петра.

Великий Пауль Клее оказался прав еще в одном своем утверждении: в 1931 году он писал: «… чем более ужасным становится мир, тем более абстрактным становится искусство…».

В наше время, когда многие мастера Contemporary Art создают произведения, сообщающие чувства тревоги и страха, Лебединец избегает драматических цветовых сочетаний (отчего черный практически исчезает из его полотен последних лет), благодаря чему не разрушается позитивная образность его жизнерадостных по духу картин. И в этом их особое обаяние и привлекательность для зрителя.

Мы вправе восхищаться замечательной светоносностью его картин.

Он считает одной из своих задач передачу на двух-мерном холсте своих ощущений и впечатлений от Божественного света и цвета, где художественная интуиция является основой духовного поиска.

Остро индивидуальный авторский стиль Петра Лебединца сложился не сразу. По сути, уже после завершения обучения в Киевском государственном художественном институте (нынешняя Национальная академия изобразительного искусства и архитектуры), где он получил классическое академическое образование, небезразличный к современным художественным новаторствам юноша в конце 1980-х годов начинает искать для себя иную систему живописи. Постепенно он следует в направлении более импровизационного и динамичного искусства, в результате чего и происходит его «скачок в абстракцию» (по В. Кандинскому).

Приобщение к истинным проблемам живописи началось с открытия Лебединцем для себя Поля Гогена– с его неповторимым декоративным стилем, основанным на плоских пятнах цвета и подчеркнутых контурах. Именно Гоген «освободил» картины Лебединца от плена классического «сценического» пространства в картинах автора.

В 1990-х годах Лебединец подпадает под обаяние классического модернизма, прежде всего – «геометрической абстракции» и особенно утонченного ее течения – «неопластицизма», систему которого разработала в Голландии группа «De Stijl» (1917-1923) во главе с Питом Мондрианом  и Тео ван Дусбургом. Но наиболее близким для него становятся французские  «неопластические гармонии» Никола де Сталя
(1914-1955), «колористические конструкции» Сержа Полякова (1900-1969) – французов русского происхождения, которые, думается, оказали решающее влияние на формирование живописного почерка
Лебединца. Хотя бесспорно и то, что украинский художник на генетическом уровне унаследовал любовь к насы
щенным цветам, характерным и для традиционного колорита украинской иконы, и для геометрического узорочья украинской плахты, и для орнаментики
народных ковров.

Нельзя не заметить, что вспышки цвета и света на холстах Лебединца вызывают ассоциации с энергетическим напряжением абстрактного пространства
картин Василия Кандинского (1866-1944). Можно говорить если не о влиянии его лирических абстракций, то, по крайней мере, об изначальном совпадении проблематики. У В. Кандинского – мастера мировой величины, пионера не только русской, но и европейской абстракции – преобладают такие понятия, как законченность, гармония, композиция, которые Лебединец глубоко усвоил. Несмотря на кажущуюся импульсивность его письма, композиции Петра отличаются строгой последовательностью и методичностью построения.

Нужно признать, что экспрессивные реалии цвета в нефигуративах мастера из Киева практически не перекликаются со всемогущим «абстрактным экспрессионизмом», который также называют «нью-йоркской школой» или «живописью действия»: это первое движение подлинно абстрактного искусства США, родиной которого стал именно Нью-Йорк (напомним, что термин «абстрактный экспрессионизм», используемый некоторое время в Берлине в 1919 г., был подхвачен около 1929 г. и обозначал первые абстрактные композиции В. Кандинского, которые опередили американскую живопись, названную так впервые лишь в 1946 г.). Важным фактором стала работа в Нью-Йорке многих выдающихся парижских художников, искавших в США убежище во время Второй мировой войны: Мондриан, Леже, Массон, Эрнст, Бретон, Матта, Селигманн, Дали, – поэтому расцвет этого движения происходил в период 1942-1959 г.г.

В сущности, живописцу из Украины Петру Лебединцу на повороте ХХ-ХХІ столетий удалось вдохнуть новую жизнь в традиции европейского нефигуративного искусства.

«Я все время экспериментирую, но в системе живописной гармонии, а не разрушения. Какую энергетику вкладывает художник в картину, таким и получается изображение. Если автор привносит в полотно положительные эмоции, то и воздействие произведения будет «со знаком плюс». У зрителя улучшается настроение, стимулируется фантазия, развиваются креативные задатки, и, глядя на такую живопись, зритель включается в творческую деятельность», – уверен  Лебединец.

Поэтому он неизменно работает, сохраняя такие фундаментальные базисные понятия живописи, как Гармония, Цвет, Колорит, и связанные с ними духовные эмоциональные принципы, рассчитанные на «циркуляцию» позитивной созидательной энергии. Благодаря этому картины неординарного украинского живописца Петра Лебединца, излучающие красоту мечты художника и его духовного поиска, обладая завораживающей гипнотической силой, заряжают зрителя своей мощной энергией,  которая позволяет вновь и вновь испытывать подлинный катарсис.

 

Зоя Чегусова

Научный сотрудник Института искусствоведения, фольклористики, этнологии им. М. Т. Рыльского Национальной академии наук Украины,

заслуженный деятель искусств Украины,

лауреат Национальной премии Украины им. Тараса Шевченка